Борис Николаевич, когда еще учился в пединституте, все каникулы проводил там. А если удавалось, и зимой устраивался на какие-нибудь кавказские сборы или
соревнования. Когда эта бестолковая Тиунова, эта пигалица, начала рассказывать про находку в монастыре. Борис Николаевич сразу представил себе неприступные стены, прилепившиеся к скале. Монахи — черт бы их побрал! — и в самом деле могли унести сюда и запрятать старинные российские книги.
— Ах, голубчик! — убитым голосом выговаривала ему завуч Мария Павловна. — Как же вы могли!.. Повторять в другом классе фантазии девочки!.. Принять детскую выдумку за действительный факт... за сообщение о величайшей научной находке...
— Мария Павловна, но вы же знаете, — Борис Николаевич пожал плечами, — я завален тетрадями. На мне школьная самодеятельность. На мне хоккейная команда, хотя в школе есть учитель физвоспитания. Работы по горло. И естественно, я не всегда успеваю следить за дополнительной литературой к уроку. А в наше время столько происходит сенсационных открытий. Поневоле перестаешь удивляться. К тому же — обратите внимание! — Тиунова из восьмого «Б» обычно не блещет красноречием, а тут она сделала связный и содержательный доклад... Вполне естественно, что я...
— Голубчик! — взмолилась Мария Павловна. — Но ведь это же «Слово»!.. Если бы в самом деле отыскалась рукопись... Произошло бы выдающееся событие в жизни всей страны! Сообщение о находке напечатали бы на первых страницах все газеты! А Тиунова? На какой журнал она сослалась?
— Что-то вроде «Знания молодежи»... — нехотя пробурчал Борис Николаевич.
— Да нет такого журнала! — Маленькая, с седым узелком на макушке, она встала из-за стола и принялась мерить шажками свой кабинет за учительской, а Борис Николаевич остался сидеть на диване, и его молодое лицо выражало чрезвычайное возмущение.
