Чем больше нравились Люське стихи, тем больше она стыдилась при людях произносить их с выражением. И сейчас наклонила голову и отбарабанила все строчки без смысла, без запинки. Загибая пальцы, перечислила всех князей. И остановилась, как на столб налетела.
— Приехали! — сообщил классу Старостин. Борис Николаевич посмотрел на Люську скучными глазами.
— Это все?
Земля вдруг ушла у Люськи из-под ног. Конечно, Борис Николаевич ее презирает. За тупость. За деревянный голос. За жидкие косицы желтого цвета. За руки в заусенцах. За все.
— Нет! — с отчаянной решимостью выпалила она.— Не все! Я еще расскажу, как нашли рукопись «Слова о полку Игореве». В одном старинном монастыре... Во главе экспедиции, нашедшей драгоценную рукопись, была молодая стройная женщина с волосами цвета янтаря. Она первой спустилась в подземелье древнего грузинского монастыря, что стоял над бурной горной рекой. Страшно было ей идти сырыми и узкими подземными ходами, но женщина все шла и шла дальше, освещая путь слабым лучом карманного фонарика. Товарищи отстали, она шла одна и вдруг заметила под ногами проржавевшее кольцо, вделанное в каменную плиту. Женщина отодвинула плиту — и перед ней открылся ход в тайник. Старинные чаши. Монеты. Груда книг в кожаных переплетах. Женщина раскрыла одну из книг, и крик радости вырвался из ее груди То была книга, которую она искала всю жизнь... «Слово о полку Игореве»,
— Тиунова, а кто была эта женщина? — заинтересовался Борис Николаевич.
— Научный работник. По древнерусской литературе.
— Фамилию ты запомнила?
— Нет! — Люська вспыхнула и опустила голову.
— Всегда ты, Тиунова, что-нибудь да не запомнишь! И дневника твоего я на столе не вижу. Пять за интересное сообщение, три за небрежность. Ставлю тебе четыре. Неси сюда дневник.
Люська подала Борису Николаевичу дневник, а вернувшись на место, никак не могла запихнуть его обратно в портфель. Руки у нее тряслись. Что она там, у доски, наговорила? Или ей только померещилось — ничего она не рассказывала, ни про какое подземелье?..
