|
— Фролова, вы знакомы с этой женщиной?
...Вчера ко мне в следственный отдел приходил Ритин отец. Он работает слесарем на автобазе, еще не старый человек. Рита у него единственная дочь, ни в чем ей дома  не отказывали, а она способная девочка, только ленивая, не захотела даже пробовать поступать в институт, поступила в торговое. А когда стала работать — одумалась, пошла в техникум, на вечернее, много занималась. Все это отец мне уже раньше рассказывал, не за тем он вчера пришел, а пришел, чтобы отдать закладную ломбарда. Мать случайно нашла, когда разбирала дочкино белье, готовилась нести передачу. Она и понять не могла, что это за бумажка, в жизни не имела дела с ломбардом, но отец разобрался: квитанция на шубку из синтетики, заложенную в начале мая. А шубки такой у Риты не было зимой — значит, весной купила, не решилась сразу нести домой. Отец брезгливо толкал по столу тонкую мятую квитанцию, а на руке у него была черноватая ссадина: автослесарь, зашиб чем-то...
— Эту женщину я знаю, — начинает Рита Фролова, не глядя на Захарову. — Ей я достала в марте два плаща, а потом еще десять...
— Наговаривай на себя, наговаривай!.. — яростно кричит Захарова. — Губи свою жизнь, губи! Да не продавала ты мне ничего! Я и знать тебя не знаю!
— За два плаща она мне дала десять рублей, а за те, что потом, еще тридцать...
— Подождите, — останавливаю я Риту. Ну, Захарова, что будем писать — знаете вы Фролову или нет?
— Пишите: знаю, видела один раз, — соглашается Захарова, и ее круглое лицо слезливо морщится. — Меня судите, ну ладно, я человек пропащий! А такую молодую, красивую...
Вопрос — ответ Фроловой — ответ Захаровой, вопрос — ответ Фроловой — ответ Захаровой...
Рита взяла себя в руки, отвечает тихим, ровным, монотонным голосом, что у себя в универмаге достала для спекулянток двенадцать плащей, а потом, встретившись в вечернем техникуме с подругой — продавщицей из «Оленьки», спросила ее, поступают ли к ним в магазин плащи из болоньи больших размеров, не мальчиковые, а для девочек, и подруга позвонила Рите, как только на склад привезли плащи для девочек. Рита направила к ней с запиской Рыбникову и Захарову, подруга познакомила их с заведующей складом, та продала им плащи прямо со склада, а потом оформила продажу уже с помощью другой продавщицы. Обе эти девчонки из «Оленьки» ни копейки не получили. Одна хотела удружить Рите, другая заискивала перед заведующей складом, чтобы всегда получать ходовой товар. Но сама Рита Фролова за то, что свела Захарову и Рыбникову с «Оленькой», брала по три рубля с каждого полученного там плаща...
|
